За пост ответишь!

За пост ответишь!

Все мы знаем ставший уже знаменитым афоризм Билла Гейтса – «Если вашего бизнеса нет в Интернете, значит вас нет в бизнесе». Но мы позволим себе пойти немого дальше, и, перефразировав гуру IT-бизнеса, скажем «вас нет в бизнесе, если о вашем бизнесе не говорят в соцсети».

Нет ни одного состоявшегося бизнес-проекта, не получившего своего аккаунта либо максимального упоминания в пабликах той или иной социальной сети. Публикации, поиск целевой аудитории, продвижение продукта в наше время просто невозможно без такого всемирного интернет-инструмента как социальная сеть, будь то Instagram, ВКонтакте, Facebook и даже такого ресурса как YouTube, со своими героями целого поколения – видеоблогерами.

Любой маркетолог скажет вам, что компания, недооценивающая положительный эффект продвижения бренда в социальной сети, обречена на неудачу.

Положительный эффект –  это здорово. Но как известно у любой медали есть две стороны. И что делать если «недруги» подрывают деловую репутацию вашей компании и не где-нибудь, а именно на площадках социальных сетей, распространяя негативную информацию о вашем деле?

Что делать если этот «недруг» не только распространяет какие-то отдельные заметки, но и пишет явно отрицательные посты и комментарии в пабликах, с целевой аудиторией вашего бизнеса? Комментирует Андрей Зайцев, руководитель офиса «Подмосковье-Юг» Юридической фирмы VVCL.

Немного теории

Как соблюсти баланс конституционно защищаемых прав человека на свободное выражение взглядов, закрепленных нормами части 3 статьи 17 и статьи 29 Конституции Российской Федерации (прим. автора — эти нормы устанавливают возможность выражения каждым своего мнения и убеждения любым законным способом, не нарушающим права и свободы других лиц) и прав на защиту всеми своей чести, достоинства и деловой репутации?

Указанная задача возложена на судебные органы, поскольку законом именно в судебном порядке предусмотрена возможность субъекта защитить свои нематериальные блага.

Всем нам хорошо знакомы такие судебные споры, связанные с исками публичных лиц, к различного рода «желтым» изданиям. Однако возможность защитить нематериальные блага, в том числе и деловую репутацию, предусмотрена не только для физических лиц, но и для корпораций – юридических лиц.

Согласно положению статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространявший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Правила указанной статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица (п. 11 ст. 152 ГК РФ).

Учитывая вышеназванные положения закона, юридические лица (корпорации) и индивидуальные предприниматели как субъекты предпринимательской деятельности вправе защищать свою деловую репутацию путем опровержения порочащих их сведений или опубликования своего ответа в печати, а также заявлять требования о возмещении убытков, причиненных распространением таких сведений.

Решение об удовлетворении иска о деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий:

  • сведения должны носить порочащий характер. Порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица. Под репутацией понимается приобретаемая общественная оценка, общее мнение о качествах, достоинствах или недостатках кого-либо, чего-либо;
  • сведения должны быть распространены, то есть предоставлены через коммуникационные каналы, такие как телевидение, газеты, журналы, трансляции по радио и телевидению, демонстрации в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, сеть интернет, а следовательно и социальные сети здесь не исключение, если такие сведения стали известны третьим лицам (хотя бы одному лицу);
  • сведения должны не соответствовать действительности. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

При этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений.

На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности.

Отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности приведенных выше условий для удовлетворения иска является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Почему иски к «троллям» в соцсети не удовлетворяли?

Правоприменительная практика в России сложилась таким образом, что важнейшим элементом предмета доказывания по искам о защите деловой репутации, является установление наличия в высказывании «недругов» именно утверждений, не соответствующих действительности.

По такого рода обращениям в суд истцам, то есть тем самым опороченным лицам, необходимо было предоставить суду доказательства высказываний о фактах или событиях, которые не имели места в реальности, без оттенка какого-либо субъективного заблуждения основанного на мнении. И это самый важный момент спора. Пусть даже обратное, то есть доказывать, что высказывание было о факте или событии, существовавшем в действительности, суд обяжет ответчика.

Поясним.

Другими словами, суд должен четко определить является ли характер распространенной «недругом» информации, утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением. Определяет это суд по внутреннему убеждению, основанному на доказательствах предоставленных заявителем.

Суды обязаны различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Все мы знаем эту чудесную аббревиатуру ИМХО, такой русский перевертыш фразы — «In my humble opinion»* (* — «По моему скромному мнению»).

О-о-о – скажете вы – тогда любая публикация в интернете, будь то пост в сети, либо комментарии какого-либо информационного сообщения будут признаны оценочным суждением!

Так ли это? Давайте попробуем на примере конкретных дел разобраться.

Правда, ложь или «скромные мнения»

Для того, чтобы выяснить, является ли распространенная информация сведениями или же в ней содержится субъективное мнение того или иного лица, необходимо исследовать вопрос о возможности проверки такой информации на ее соответствие объективной действительности, ибо как мы уже отметили выше — мнения отражают внутреннюю, субъективную оценку описываемой информации конкретного лица и не могут быть подвергнуты подобной проверке.

В соответствии с последовательным подходом Европейского суда по правам человека, различие между оценочным суждением и утверждением о факте , в конечном счете, заключается в степени фактической доказанности, которая должна быть достигнута, и, таким образом, оценочное суждение должно быть основано на достаточной фактической базе, чтобы представлять собой добросовестный комментарий согласно статье 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Постановление Европейского Суда по делу «Шарзах и компания «Ньюс ферлагсгезельшафт» против Австрии»).

Исходя из правовой позиции Европейского суда по правам человека, свобода выражения мнения составляет одну из основ демократического общества и одно из главных условий для его прогресса. Учитывая положения пункта 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, она распространяется не только на «информацию» или «идеи», которые благосклонно принимаются или считаются безвредными или нейтральными, но также на оскорбляющие, шокирующие или причиняющие беспокойство. Таковы требования плюрализма, терпимости и широты взглядов, без которых невозможно «демократическое общество».

Оценочные суждения ответчика не противоречат статье 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующей право свободного выражения мнения, в том числе путем его распространения сети интернет.

Этот пост – хороший. Когда иск не удовлетворили.

Так, например, с учетом вышеназванной позиции суд отказал в удовлетворении иска о защите деловой репутации высказываний, опубликованных в соцсети ВКонтакте одним из бывших работников фирмы:

«Генеральный директор ООО ни в каких делах не участвовал, только приезжал и материл нас за все».

«Все это время он нас гнобил и материл».

«Потом начались угрозы в нашу сторону, что если не подпишите, то я на вас уголовное дело заведу, без штанов останетесь».

«Сотрудникам бывшим он угрожает чтоб никто ничего не подписывал (либо недостачами, либо денег обещает), а то что подписали, он заставил их написать, что я на них давила и угрожала, и они не знали что подписывали, а они подписали свой подотчёт на момент завершения моей деятельности».

Проверив содержание вышеназванных фраз, суд пришел к выводу о том, что в них содержится субъективная авторская оценка ответчика в отношении поведения истца. Фразы отражают восприятие ответчиком определенных обстоятельств, жизненной ситуации в целом. Стилистика и манера изложения оспариваемой «негативной» информации являются лишь формой выражения мнения ответчика. Фазы ответчика носят оценочный характер и выражают критическое субъективное мнение ответчика о деятельности истца.

Отметим, что «нехорошая» стилистика сообщения (поста в соцсети) может быть установлена при подготовке соответствующей экспертизы, например, психолого-лингвистической, либо получением соответствующего мнения специалиста – психолога.

Этот пост – плохой. Иск удовлетворили.

А вот пример, когда суд удовлетворил иск, признав несоответствующими действительности, а, следовательно, попадающими в поле действия статьи 152 ГК РФ, посты «недругов» одного регионального туристического агентства.

«Дорогие мои туристы! В связи с банкротством агентства (регионального туристического агентства – прим. автора) и его неспособностью выполнять обязательства, а также в связи с продажей тур.агентства ХХХХХХХХХХ, бронирование будем проводить напрямую без данного агентства.

Будьте бдительны, так как агентство продолжает прием заявок на туры.

Просьба всех СРОЧНО выйти из данной группы ХХХХХ, vk.com ХХХХХХ 123. Берегите себя и ваши деньги. Улететь можете не успеть. Множество судебных исков и долгов у директора данного агентства. Агентство она выставила в продажу, а не продаст закроет и с концами. Работники перешли в другие офисы. Аренду не платит, зарплату тоже, долги туристам и бесконечные суды».

В судебном процессе адвокаты туристического агентства указали, что указанные сведения не соответствуют действительности. В опровержение порочащего сообщения адвокаты указали:

Туристическое агентство не находится в стадии банкротства, что подтверждается информацией из картотеки арбитражных дел;

Общество не выставлялось на продажу;

Туристическое агентство исполняет все принимаемые на себя обязательства перед туристами и не выступает ни в одном судебном процессе в качестве ответчика;

Общество регулярно оплачивает аренду помещения.

Адвокаты туристического агентства смогли доказать основной постулат — субъективное мнение или оценочное суждение (как и в предыдущем деле пост был на личной странице ответчика, размещенной в соцсети), может иметь эмоциональную окраску, но всегда такое субъективное мнение должно быть основано на фактических обстоятельствах.

Интерпретация сведений, имеющихся в официальных документах, субъективное мнение авторов о содержании этих сведений не должно приводить к их искажению и распространению недостоверной информации, особенно если сведения носят порочащий характер.

«Плохой» стиль

Показательным делом является спор о защите деловой репутации одного регионального ФГУПа, к пользователю соцсети «ВКонтакте».

В данном деле суды трех инстанций отказали предприятию в защите деловой репутации и взыскании убытков, причиненных «плохим» постом в соцсети.

Пост был такого содержания:

«Реальная стоимость работ занижена…, является изначально демпинговой»

«Подобная конкурсная документация свидетельствует либо о полной некомпетентности ее составителей, либо о наличии коррупционной составляющей в виде договоренности с потенциальными исполнителями».

«Не станьте пешкой в руках мошенников!»

Не признавая данный пост «плохим» и отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходили из того, что оспариваемые сведения не могут быть признаны порочащими деловую репутацию, поскольку представляют собой высказанные ответчиком суждения и субъективное мнение относительно обсуждаемой проблемы.

Однако Верховный Суд Российской Федерации отменил данные судебные акты и признал пост «плохим».

Вот как Верховный Суд обосновал свое решение.

Сведения, оспариваемые истцом по настоящему делу, представляют собой информацию о незаконном и недобросовестном поведении истца, сформулированы в форме утверждений.

Изложение информации не указывает на то, что факты, описанные в ней, предполагаются автором или лично автор таким образом оценивает поведение истца.

Избранный автором стиль изложения информации указывает на наличие описываемых фактов в реальной действительности (факта занижения стоимости работ, факта установления демпинговой цены, факта некомпетентности составителей конкурсной документации, фактов коррупционного и иного незаконного поведения, мошенничества).

Указывая на субъективное изложение неких «негативных» фактов, Верховный Суд пояснил, что в данном деле выводы судов о субъективном характере оспариваемой информации не являются верными. Изложенные в «нехорошем» посте обстоятельства, выраженные ответчиком в форме фактов могут быть проверены на их соответствие реальной действительности.

Принимая такое решение, Верховный Суд ориентировался на решения Европейского суда по правам человека по делам «Лингренс против Австрии» от 08.06.1986, «Гринберг против Российской Федерации» от 21.06.2005г., в которых приведена такая позиция — защищая право автора информации на оценочное суждение, необходимо проводить тщательное различие между фактами и оценочными суждениями, существование фактов может быть доказано, тогда как истинность оценочных суждений не всегда поддается доказыванию, последние должны быть мотивированы, но доказательства их справедливости не требуются.

«Нехороший» пост. Итоги.

Итак, если в отношении вашей компании в социальной сети распространяются «нехорошие» сведения, порочащие и наносящие вред деловой репутации фирмы возможно обратиться с исковым заявлением в суд, и такое заявление будет удовлетворено.

Тут мы оговоримся, такой иск будет удовлетворен в случае правильной подготовки к судебному спору.

Мы уже рассказали, что при подготовке нужно будет не только установить наличие «нехорошего» поста, но и провести ряд экспертных действий, которые подтвердят стилистику высказывания – как утверждения о фактах, не соответствующих действительности.

В любом случае, исковое заявление юридического лица о взыскании морального вреда от «нехорошего» поста в соцсети, либо иного упоминания в интернете, наносящего вред деловой репутации фирмы должно быть тщательно подготовлено.

Ибо, как мы говорим, «Vallum verum censet litigatus», или в переводе с латыни — «Правильная защита решает исход спора».

©  VVCL

Поделиться:

Оставить комментарий

*

Комментариев нет