Превышение арбитражем пределов компетенции

Превышение арбитражем пределов компетенции

В соответствии с п. «c» статьи V Конвенции ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (Нью-Йорк, 10 июня 1958 г.) одним из оснований для отказа в признании и приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража является включение в него постановлений по вопросам, выходящим за пределы арбитражного соглашения или арбитражной оговорки в договоре.

Данная норма международного права дословно отражена и в Закон РФ от 07.07.1993 № 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже» (далее – Закон о международном коммерческом арбитраже).

С одной стороны, норма представляется достаточно однозначной, направленной на предотвращение злоупотреблений со стороны арбитров, рассматривающих спор. В то же время, с другой стороны, применение указанного положения судами нередко приводит к фактическому пересмотру спора по существу, что прямо запрещено частью 4 статьи 243 АПК РФ.

Примером может послужить рассмотренное 14.01.2003 Президиумом ВАС РФ дело № 2853/00. В соответствии с материалами данного дела арбитраж ad hoc рассмотрел дело о взыскании суммы вклада в уставный фонд совместного предприятия, а также суммы расходов, связанных со строительством производственной линии и деятельностью предприятия, в связи с расторжением соглашения о совместном предприятии. Кроме того, арбитраж подтвердил и прекращение действия соглашения о совместном предприятии. В свою очередь прекращение данного соглашения влекло и ликвидацию самого предприятия. Суды кассационной [1] и надзорной инстанций при пересмотре постановлений нижестоящих судов о признании и приведении в исполнение решения арбитража пришли к выводу о том, что, так как арбитражная оговорка не распространялась на рассмотрение спора о ликвидации совместного предприятии, арбитраж вышел за пределы своих полномочий.

В последующем данное решение было включено в Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 № 96 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов» (п. 26). Как в обзоре, так и в постановлении Президиум отметил, что «решение арбитража касалось не только выхода фирмы из созданного на территории Российской Федерации юридического лица, но и текущей экономической деятельности и реорганизации данного лица. Однако между совместным предприятием и фирмой договор о рассмотрении споров в международном коммерческом арбитраже не заключался. Следовательно, арбитраж вышел за пределы арбитражной оговорки».

Комментируя в последующем приведенное решение ВАС РФ, Карабельников Б.Р. справедливо отметил, что посредством такой формулировки суды «просто пытались оправдать пересмотр дела по существу» [2]. Обосновывая свою точку зрения, автор пишет, что суд «приписал этому решению, касавшемуся лишь уплаты денежных сумм, какие-то корпоративно-правовые предписания» [3]. К сожалению, рассмотренный спор отнюдь не единственный, в котором суд, разрешая вопрос о компетенции арбитража, пересматривал дело по существу.

Подобная ситуация сложилась в рассмотренном 25.07.2011 ВАС РФ деле № ВАС-6857/11 [4]. Согласно материалам дела международный коммерческий арбитраж вынес решение о взыскании с российской компании ОАО «Амурский судостроительный завод» убытков и неустойки в связи с нарушением ей условий контракта на строительство судна сейсморазведки. Арбитраж признал наличие у него компетенции на основании включенной в контракт арбитражной оговорки следующего содержания: «все споры, возникающие между сторонами по поводу толкования, значения, действия, интерпретации данного контракта и его нарушения, должны решаться арбитражным судом в составе трех арбитров в городе Мумбай, Индия».

В соответствии с арбитражным решением с ОАО «Амурский судостроительный завод» подлежали взысканию в качестве убытков, вызванных ненадлежащим исполнением обязательств по контракту, реальный ущерб в виде командировочных расходов работников компании, расходы по найму консультантов, убытки, связанные с необходимостью аренды аналогичных морских судов у сторонних операторов и прочее.

Между тем, как установил суд, «состав убытков, взысканных арбитражем, свидетельствует о том, что они не охватываются положениями контракта», что и послужило одним из оснований для отказа в признании и приведении решения в исполнение.

В то же время в приведенном суждении суда заложено явное противоречие изложенным выше фактам. Поскольку арбитражная оговорка покрывала споры, возникающие по поводу нарушения контракта, а убытки непосредственно вытекают из нарушения, то суд, в итоге, под предлогом разрешения вопроса о компетенции арбитража, рассмотрел вопрос об отнесении тех или иных расходов взыскателя к понесенным им убыткам.

Помимо всего прочего, необходимо отметить, что суд, вынося решения по обоим приведенным выше спорам, допустил еще два нарушения.

Во-первых, суд в обоих случаях отказал в признании и приведении арбитражных решений по своей инициативе, в то время как в соответствии с положениями как части 1 статьи V Нью-Йоркской конвенции, так и п. 1 части 1 статьи 36 Закона о международном коммерческом арбитраже такое основание для отказа в признании и приведении в исполнении решения международного коммерческого арбитража, как выход арбитров за пределы своих полномочий, применяется судом по просьбе стороны, против которой оно направлено.

Во-вторых, суды не воспользовались положениями п. «с» части 1 статьи V Нью-Йоркской конвенции и п. 1 части 1 статьи 36 Закона о международном коммерческом арбитраже, которые предусматривают, что, если постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением, то та часть арбитражного решения, в которой содержатся постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением, может быть признана и приведена в исполнение.

Так, в первом из приведенных выше дел, безусловно, решение об убытках было отделимо от решения о признании прекратившимся соглашения о совместном предприятии, о чем в материалах дела имеется протест заместителя Председателя ВАС РФ. Во втором деле суду не составило бы труда отделить те убытки, на которые, по его мнению, распространялась компетенция арбитража, от тех, которые выходили за его полномочия.

Подобными решениями ВАС РФ подталкивает участников оборота к неоправданному расширению арбитражных соглашений. Так, чтобы избежать отказа в признании и приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража (во втором из приведенных дел), в арбитражной оговорке необходимо было прописать перечень убытков, на принятие решения о взыскании которых имел бы полномочия состав арбитража.

В любом случае, попав, в одну из ситуаций, описанных выше, лицу, обратившемуся в суд с требованием о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения, необходимо активно отстаивать признание и приведение в исполнение арбитражного решения хотя бы в той части, в которой оно соответствует арбитражной оговорке.

© Гольский Дмитрий


1. Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 20.07.1999 по делу № Ф04/1402-291/А70-99.

2. Карабельников Б.Р. Исполнение и оспаривание решений международных коммерческих арбитражей. Комментарий к Нью-Йоркской конвенции 1958 года и главам 30 и 31 АПК РФ 2002 г. М.: «Статут», 2008. С. 256.

3. Там же.

4. Определение ВАС РФ от 25.07.2011 № ВАС-6857/11.

Поделиться:

Оставить комментарий

*

Комментариев нет